Когда «Фьорд» впервые показали на Каннском кинофестивале, среди представителей российской кинокритической среды появилось большое количество шуточных теорий о том, что этот фильм будет особенно тепло принят в России, потому что он критикует современную европейскую политику и общество в целом.
Кристиан Мунджиу — режиссёр, кинематограф которого основывается на изучении сложных институциональных процессов и бюрократии в обычной жизни людей. И «Фьорд» в этом плане не исключение. Рассказываем в статье, получилась ли у Мунджиу выдающаяся работа и чем обусловлено присуждение «Золотой пальмовой ветви» в каннском конкурсе 2026 года.
Михай, которого играет Себастьян Стэн, и его жена Лисбет, героиня Ренате Реинсве, переезжают из Румынии в небольшой норвежский посёлок у фьорда. Лисбет — сама норвежка, поэтому возвращается на родину вместе со своим румынским супругом. У них большая по современным европейским меркам семья — пятеро детей.
Супруги знакомятся с соседями, семьёй Хальбергов. Именно отношения двух семей становятся условной экспозицией картины. Мы видим, как Михай устраивается на работу, Лисбет работает в доме престарелых, их сосед — директор школы, а его жена раньше занималась юридической практикой. Как будто в этой маленькой деревне сосредоточена значимая часть общества, представители которой взаимодействуют между собой.
Как снимает свои фильмы Кристиан Мунджиу?
Зрителю сразу становится понятно, что супруги придерживаются строгих христианских принципов воспитания. Их чада изучают Библию, им запрещают пользоваться смартфонами и слушать светскую музыку. Элия и Эммануэль начинают общаться с Ноорой, девочкой из соседского дома, живущей более свободно. Через отношения детей Мунджиу противопоставляет эти два мира.
Центральная проблема фильма возникает, когда по дороге в школу один из сотрудников учебного учреждения замечает у Элии синяки. Руководство начинает подозревать, что в этой религиозной семье применяют физические наказания.
Мунджиу — режиссёр опытный, и, чтобы подать эту проблему интересно, он применяет приём, встречающийся практически во всех его картинах. «Фьорд» открывается сценой, где Лисбет говорит Элии, своей дочке: «Иди обними отца». Она обнимает Себастьяна Стэна, и он отвечает ей: «Ты должна понимать, когда ты неправа». Зритель не видит предыстории конфликта — он застаёт уже его завершение. Что произошло за кадром, знать невозможно.
Мунджиу всегда начинает фильм, условно говоря, в движении и заканчивает его так же. Предполагаемое насилие родителей остаётся за кадром, а происхождение синяков — загадкой. Но сотрудники школы считают своей обязанностью предупредить соответствующие органы. На время разбирательства у супругов забирают детей, разрешая лишь редкие встречи с ними под наблюдением.
Возможно, и Норвегию Мунджиу выбрал неспроста. Это страна с очень высоким уровнем жизни и либеральными ценностями, за безупречным фасадом которой в картине скрывается холодная, тоталитарная машина, агрессивная по отношению к людям, живущим по совершенно другим нравственным нормам, но при этом не устраивающим погромов внутри этой системы.
У соседской семьи есть свои изъяны. Ноора причиняет себе увечья, делая порезы на руках. Между ней и родителями существует дистанция — то ли из-за современных прогрессивных ценностей, то ли из-за неумения разговаривать с ребёнком.
Традиционная семья, при всей её неидеальности и возможном применении насилия в воспитании детей, кажется более сплочённой. Большое внимание Мунджиу уделяет тому самому быту. Помимо детей, в доме живут трое взрослых. Живя таким большим табором, супруги умеют организовать свою жизнь, тогда как у соседей, возможно, всё-таки есть бреши в семейно-бытовых процессах.
Отдельно Мунджиу поднимает вопрос отношения к религии. Европейское школьное образование в картине требует отхода от религиозного воспитания. Преподавателей и других работников школы смущает излишняя религиозность Элии и Эммануэля. Столкновение традиционных и прогрессивных ценностей находит отклик даже здесь. Так Мунджиу показывает, насколько глубоко эта система проникает в самые младшие звенья общества.
И здесь, конечно, невозможно не вспомнить евангельское наставление Иисуса Христа о сучке в чужом глазу и бревне, которого не замечаешь в своём.
Главным образом румынский постановщик акцентирует внимание на том, что суд идёт на самом деле не над тем, было ли насилие над детьми, а над людьми, представляющими ценности, не схожие с норвежскими. Поэтому родителей Нооры, которые не могут справиться со своей дочерью, никто не судит, но судят Михая и Лисбет.
Хождение по кругу: рецензия на фильм Педро Альмодовара «Горькое Рождество»
Норвежский суд, кажется, символизирует собой всю европейскую судебную систему в глазах румынского режиссёра. Он не может услышать другую часть общества: укоренён в своей системе и не хочет слышать ничего другого.
Но «Фьорд» — кино не только о расхождении двух миров. Это болезненный укол, напоминание Европе о том, что, возможно, не стоит учить всех остальных людей, как жить, а стоит уделить время своим проблемам и найти какое-то их решение. Вместе с тем это кино о необходимости строить мосты — искать точки соприкосновения, позволяющие договариваться и решать проблемы.
Не зря между Элией и Ноорой возникает такая крепкая дружба. В финальной сцене, когда румынская семья бежит из Норвегии, эмоциональным пиком становится прощание двух девочек. Мы видим и то, как Лисбет договаривается с соседкой о защите и представлении интересов супругов в суде.
В этом плане кино Мунджиу вызывает большой интерес: на европейских кинофестивалях редко встретишь фильм, открыто выступающий против воук-идеологии и вскрывающий изъяны этой идеалистической, властной системы. Кажется, картина станет объектом бурных обсуждений, вызовет диаметрально противоположные оценки и огромное количество споров.
Возможно, с точки зрения идеи лента получилась куда сильнее, чем в художественном плане, хотя назвать приёмы Мунджиу невыразительными нельзя. Под эту историю отлично подходит стиль режиссёра: отказ от недиегетической музыки, отстранённая камера, не подпускающая зрителя близко к героям и позволяющая наблюдать за происходящим с дистанции. Отрепетированный сверхреализм с отказом от театральности помогает зрителю погрузиться.
Мунджиу старается не вставать на сторону героев. Но во «Фьорде» румынский постановщик слегка отходит от своего журналистского подхода. Кажется, он всё-таки занимает сторону румынской семьи, видимо, уравновешивая её положение в столкновении с большой государственной машиной.
Этот ход слегка режет глаз: возникает ощущение манипуляции зрителем через демонизацию государственного аппарата Норвегии. Особенно это заметно во время суда, где прокурор становится совсем оперным злодеем. Напряжение словно съезжает с рельсов.
Центральным художественным достижением «Фьорда» кажется невероятная роль Себастьяна Стэна, сыгравшего Михая на родном румынском языке. Человек, ставший знаменитым благодаря фильмам Marvel, здесь играет главную роль у Кристиана Мунджиу. За погружение в мир авторского кино и эту работу хочется отдельно выразить Стэну уважение: на экране зритель видит мигранта из Румынии, сильно любящего своих детей.
Режиссёр и актёры отказываются от огромного выплеска эмоций на экран, что усиливает напряжение и весь этот родительский ужас изъятия детей. Ренате Реинсве тоже можно похвалить, но кажется, что Стэн затмевает её.
Отдельно стоит сказать и о детях, играющих в этом фильме. Мунджиу умеет репетировать и работать с артистами так, что каждый точно знает своё дело. Это удивляет уже в работе со взрослыми людьми, а что он сделал, чтобы дети играли так, остаётся загадкой. Тоже очень крепкие, интересные роли.
В конечном итоге «Фьорд» — крепкое кино, сумевшее поговорить о важных вещах, которые не так часто разбирают представители европейского кинематографа. Лучший ли это фильм каннского конкурса — зритель решает сам. Но событие интересное, и пропускать это кино уж точно не стоит.
Оценка фильма: 3,5/5 (хорошо).
Мать-маньячка — горе в семье: рецензия на хоррор-сериал «Хрустальное озеро»
