Во время фестивальных походов и бесконечных просмотров кино восьмилетняя пауза между картинами одного режиссёра встречается на удивление нередко. Последний фильм Павла Павликовского «Холодная война» был снят и показан публике в далёком 2018 году. Картина принесла польскому режиссёру приз за лучшую режиссуру Каннского кинофестиваля и впоследствии получила три номинации на «Оскар».
На очереди — «Fatherland». Если искать для названия какой-то более-менее внушительный русский эквивалент, то лучше всего, пожалуй, подойдёт слово «Отечество».
Фильм — участник основного конкурса Каннского кинофестиваля и, как это зачастую бывает у Павликовского, не выделяется внушительным хронометражем на фоне своих конкурентов за «Золотую пальмовую ветвь». В Сан-Себастьяне картину показали в программе Perlak, куда привозят лучшие фильмы года с разных фестивалей. В нашей рецензии попытаемся разобраться, чем же эта 80-минутная картина приглянулась критикам и за что постановщик получил режиссёрский приз от жюри.
О чём фильм и кто его снял?
Открывающая сцена показывает обнажённого Августа Диля, разговаривающего по телефону со своей сестрой. Он изливает ей душу: не понимает, на каком языке писать, для кого писать, и не хочет возвращаться в Германию, куда его отец должен отправиться с публичными лекциями об Иоганне Вольфганге Гёте и получить награды как в западной, так и в восточной части страны.
Из разговора становится понятно, что Август Диль играет Клауса Манна, а на другом конце провода его слушает Эрика Манн, которую Павликовский почти не показывает до самого завершения разговора. Лишь во время последних фраз прощания камера переносится в Америку. Так режиссёр визуализирует внутреннюю связь двух близких людей, за которой практически сразу последует окончательный разрыв. Спойлером это назвать трудно: речь всё-таки идёт о реальной истории, и вскоре после этого разговора Клаус Манн покончил с собой.
Его смерть становится здесь не только семейной трагедией, но и символом распада той старой Европы, которую предстоит увидеть во время путешествия двум главным героям — великому Томасу Манну и его дочери Эрике.
«Минотавр»: рецензия на новый фильм Андрея Звягинцева*
В одном из интервью Павликовский рассказывал, что намеренно сблизил поездку Томаса Манна в Германию со смертью его сына, хотя в действительности между ними прошло около двух месяцев. Клаус Манн покончил с собой, когда отец находился с лекциями в Стокгольме. В фильме режиссёр сокращает эту временную дистанцию ради драматургической плотности и тем самым связывает личную трагедию семьи с возвращением Манна на родину.
Структурно «Отечество» представляет собой роуд-муви — путешествие двух героев из одной точки в другую. Но Павликовский — режиссёр нетривиальный, поэтому за этой, казалось бы, простой конструкцией скрывается куда более сложное смысловое и художественное наполнение.
Каким получилось «Отечество»?
Родина великого писателя встречает его «со скрипом». На пресс-конференции по случаю приезда представители самых разных изданий — от Le Monde до «Известий» — задают провокационные вопросы. Может ли считать себя немцем тот, кто находился за океаном и не пережил вместе со страной нацистскую катастрофу, массовые убийства и ужасы концентрационных лагерей?
На Западе Манна называют «пятой колонной Сталина» из-за его намерения посетить и восточную часть Германии. Он возвращается на родину в момент, когда та буквально расколота надвое и находится в глубоком противоречии с самой собой. И весь этот выплеск ярости, боли и исторической травмы проходит через самого писателя.
На Востоке великого немецкого писателя используют скорее как политический символ, с помощью которого можно повысить собственный вес и вынести в заголовок: «Смотрите, Манн выбрал сторону коммунистов». Павликовский при этом не превращает фильм в набор лозунгов и не пытается манипулировать зрителем. Его интересует прежде всего человек, оказавшийся посреди политического раскола, в котором сама возможность оставаться собой становится всё более призрачной. И в этом смысле «Отечество» — кино совсем не утешающее.
В какой-то момент путешествия по Восточной Германии Томас Манн теряет дочь и находит её в гостиничном номере, лежащей на кровати и скорбящей по умершему брату Клаусу. Отец предлагает ей ехать дальше. Разговор постепенно заходит о доме, и Манн спрашивает: а где он вообще, этот дом? Люди, родившиеся немцами, вынужденные покинуть страну и вернувшиеся туда спустя шестнадцать лет, больше не узнают места, которое когда-то считали родным. Прежней Европы уже нет, а новая ещё только формируется, и ни Томас, ни Эрика словно не могут найти в ней своё место.
Этот внутренний разлом особенно выразительно проявляется в прогулке Эрики по парку среди покрытых мхом и словно забытых всеми скульптур. В этих образах возникает параллель и с самим Томасом Манном: власти по обе стороны границы пытаются использовать его в собственных интересах, тогда как сам писатель всё меньше понимает, к какой Германии он теперь принадлежит. И одновременно этот парк становится образом страны — расколотой, запущенной, ещё не восстановленной и до боли печальной.
Примечательно, что Павликовский почти полностью отказывается от закадровой музыки. Музыкальные эпизоды здесь преимущественно существуют внутри кадра: на банкете звучат Моцарт и немецкие джазовые шлягеры в аранжировках Марцина Масецкого. И только в финале музыка выходит на первый план: в восстанавливаемой церкви органист исполняет созданную Масецким интерпретацию хорала Баха. Именно там музыка становится полноценной эмоциональной развязкой фильма. Вот такая Германия осталась на руинах. Сильнейший контекст и потрясающе срежиссированная сцена.
«Отечество» — кино, в котором актёрам уделяется большое внимание. Здесь, конечно, целая плеяда выдающихся немецких артистов. Начать стоит с дочери Томаса Манна, Эрики, которую прекрасно играет, наверное, главная немецкоговорящая актриса современности — Сандра Хюллер. В этом году она уже успела получить «Серебряного медведя» за свою работу в «Розе» и сыграть в «Проекте "Конец света"», а сейчас ей предстоит появиться и в «Диггере» Алехандро Гонсалеса Иньярриту. Между всем этим где-то затесалось «Отечество», и роль Эрики сыграна здесь элегантно.
Тревога дочери за отца, который приезжает на родину, её нежелание возвращаться в Германию, необходимость сопровождать Томаса Манна, вынуждающая её вновь обратиться к собственным корням, — вся эта гамма сложных чувств передаётся через игру актрисы. И лишь в нескольких сценах она по-настоящему даёт волю своим эмоциям: то отвешивает пощёчину бывшему мужу, который был одним из главных актёров во время правления Третьего рейха, то не сдерживается, когда в гостиничном номере слышит песню немцев, видимо, характерную для фашистской Германии, открывает окно и кричит им сверху, что они все фашисты.
Томас Манн, которого играет Ханс Цишлер, переживает утрату сына и утрату своей страны практически безэмоционально. Услышав новость о смерти собственного ребёнка, он просто продолжает работать и лишь на самом последнем собрании позволяет себе расплакаться. Это жёсткая внешняя сдержанность с огромным внутренним напором. И всё это удаётся выдающемуся немецкому артисту с утончённой чёткостью.
Август Диль, воплотивший сына великого писателя — Клауса, играет отчаявшегося человека, и его монолог на несколько минут остаётся в памяти до конца фильма. Кажется, этому артисту по силам любой образ: и Франц Егерштеттер у Терренса Малика, и Воланд в «Мастере и Маргарите» у Локшина. Клаус Манн — шаг в совершенно другую сторону и тоже удача.
Если читатель обвинит автора в «Одиссее головного мозга», то спорить он с этим не осмелится: слишком уж много пересечений в текстах и рецензиях. Оправданием может послужить то, что нерв времени сам передаёт режиссёрам импульс для рассуждений. Между тем «Отечество» — это песня сирен, которую Манн и его дочь приезжают послушать на когда-то родной земле. Но той родины, которая им запомнилась, уже нет и не будет.
Совсем не глупое кино, не выпячивающее свои достоинства: в него нужно погрузиться. Это и следует сделать, когда фильм выйдет в кинотеатрах или появится на стримингах.
Оценка: 4,5/5 (выдающаяся работа).
«Чёрный шар»: рецензия на новый фильм Хавьера Амброси и Хавьера Кальво
