Михаэль Крету и создание музыкального языка Enigma

В декабре 1990 года в эфире мировых радиостанций зазвучало нечто. Таинственный голос произнёс: «This is the voice of Enigma», а за ним последовало нечто среднее между церковным григорианским хоралом и пульсирующим танцевальным битом. Миллионы слушателей не знали, кто стоит за этой музыкой. Создателем оказался румынско-немецкий продюсер Михаэль Крету. Он намеренно скрывал своё лицо, полагая, что аудитория должна покупать альбом ради самой музыки, а не ради личности исполнителя.

То, что начиналось как эксперимент в домашней студии на Ибице, переросло в один из самых влиятельных музыкальных проектов конца XX века, продавший, по разным оценкам, от 30 до 35 миллионов альбомов по всему миру. Крету изобрёл новый музыкальный язык, который до сих пор узнаётся с первых нот.

Путь Enigma: от Бухареста до Ибицы

Михаэль Крету родился 18 мая 1957 года в пригороде Бухареста. Его румынская фамилия Crețu означает «кудрявый». Позже он использовал псевдоним Curly M.C. Классическое образование пианиста и дирижёра стало фундаментом для всего, что он создал впоследствии.

В 1970-х и 1980-х годах он работал с продюсером Франком Фарианом. В частности, Крету играл на клавишных в культовой композиции группы Boney M «Rivers of Babylon». Он продюсировал записи своей будущей жены, немецкой поп-звезды Сандры, включая хит «Maria Magdalena». В 1987 году Крету выступил одним из продюсеров альбома Islands Майка Олдфилда.

Олдфилд, впечатлённый студийными навыками и музыкальными идеями Крету, подтолкнул его к созданию собственного сольного проекта. Так начал рождаться проект Enigma.

В 1988 году Крету и Сандра переехали на Ибицу. Именно здесь, в собственной студии A.R.T. Studios, начал формироваться замысел Enigma. Идея родилась почти случайно, как это бывает с великими проектами. Экспериментируя с сэмплами григорианских хоралов, Крету обнаружил, что архаичные церковные распевы в сочетании с современной электроникой создают невероятно мощный эффект. Так и началась эта удивительная история.

Рождение звука — MCMXC a.D.

Кто бы мог подумать, что создание дебютного альбома MCMXC a.D. (1990) для Крету будет неразрывно связано с двумя ключевыми фигурами — Дэвидом Файрстайном и Франком Петерсоном. Но настоящим автором и архитектором звука оставался Крету. Его подход был радикальным: в одной композиции смешивались григорианские хоралы, сэмплы из записей мюнхенского хора Capella Antiqua, французский шёпот с придыханием и даже вздохи, записанные его женой Сандрой. Всё это было наложено на тяжёлый гипнотический бит.

Первый сингл «Sadeness (Part I)» вышел в 1990 году. Название отсылало к маркизу де Саду, а текст, произнесённый на латыни и французском, сочетал темы духовности и чувственности. Результат превзошёл все ожидания.

Ещё до выхода альбома Крету делился с женой своими ожиданиями: «Это будет огромный хит или полный провал. Музыка была настолько новой, что никто не слышал ничего подобного».

Крету оказался прав. Альбом разошёлся тиражом более 30 миллионов экземпляров по всему миру.

Реакция была неоднозначной и оттого ещё более притягательной. Католическая церковь обвинила альбом в аморальности, а Ватикан запретил трансляцию «Sadeness» на подконтрольных ему радиостанциях. Но Крету не расстроился: такой скандал стал лучшей рекламой.

Философия Крету

Ключевой принцип работы Крету — тотальный контроль. Биографы описывают его как «алхимика звука». Он пишет, аранжирует, продюсирует, занимается звукорежиссурой и исполняет музыку — всё в одних руках. Студия Крету никогда не была местом для посторонних. Каждый компонент оборудования отбирается и настраивается специально для его уникального метода работы.

Крету описывает свой подход как «сведённый к максимуму» (reduced to the max). Ему не нужно ничего лишнего — только то, что служит конечной цели: эмоциональному, близкому к совершенству звучанию.

Каждый альбом Enigma, по его словам, отражает его психологическое состояние в конкретный момент жизни. Этим объясняется, почему Voyageur (2003) звучит более попсово, а A Posteriori (2006) — как нечто космическое.

Эволюция звука Enigma

Успех MCMXC a.D. был настолько оглушительным, что породил множество подражателей. Григорианские хоралы стали мейнстримом, и Крету, который ненавидит повторяться, решил кардинально сменить курс.

Второй альбом The Cross of Changes (1993) отошёл от церковной тематики в сторону этнических вокалов. Главный хит альбома — «Return to Innocence» — использовал голоса тайваньских исполнителей Дифанга и Игая Дуаны из народа ами. Композиция стала гимном Олимпийских игр 1996 года в Атланте и снова покорила мировые чарты.

Следующие альбомы продолжали удивлять. Le Roi est mort, vive le Roi! (1996) вернулся к хоралам. The Screen Behind the Mirror (2000) использовал сэмплы из Carmina Burana Карла Орфа. В Seven Lives Many Faces (2008) Крету соединил «самые грязные бронксские хип-хоп-биты» с симфоническим оркестром.

Почему личность пришлось раскрыть?

Однако путь к мировому успеху не обошёлся без юридических проблем. Проект Enigma строился на сэмплах, и не на все из них было получено разрешение.

Скандал с Capella Antiqua München (1994). Григорианские распевы в «Sadeness (Part I)» были взяты с записи хора Capella Antiqua München под управлением Конрада Руланда из альбома Paschale Mysterium (1976). В 1994 году, через четыре года после выхода сингла, хор подал в суд на Enigma за использование сэмпла без разрешения. Дело было урегулировано во внесудебном порядке. Крету выплатил хору компенсацию. При этом сами григорианские распевы как музыкальные произведения находились в общественном достоянии — спор шёл именно о конкретной записи.

Скандал с Дифангом и Игаем Дуаной (1997–1999). Второй громкий иск был связан с «Return to Innocence». Голоса тайваньских исполнителей из народа ами были взяты с этномузыкологической записи 1978 года. Крету полагал, что материал находится в общественном достоянии, но исполнители не давали согласия на его коммерческое использование. В декабре 1997 года Дифанг и Игай Дуана подали иск в федеральный суд США против Enigma, Virgin Records и других сторон. В июле 1999 года дело урегулировали во внесудебном порядке. По условиям соглашения исполнители получили авторские права на будущие издания песни, платиновые диски, отчисления от продаж и средства на создание фонда для сохранения музыки ами.

Эти судебные разбирательства заставили Крету раскрыть личность создателя проекта, но загадочная атмосфера Enigma сохранилась.

За пределами музыки

Крету продолжает следить за технологиями, обновляя оборудование перед каждым альбомом. В 2016 году он выпустил восьмой студийный альбом Enigma — The Fall of a Rebel Angel. Для работы над ним Крету сделал необычный шаг: пригласил художника Вольфганга Бельтракки, известного как скандальный фальсификатор произведений искусства, чтобы тот создал картины для каждой песни.

В чём секрет музыкального стиля Enigma?

Enigma — это особый язык, на котором до сих пор говорят миллионы, сами того не осознавая. Крету соединил священное и греховное, древнее и современное, коллективное — хоралы и этнические голоса — и предельно личное. Он превратил студию в лабораторию алхимика, где из привычных элементов — сэмплов, синтезаторов и голосов — рождалось нечто новое, узнаваемое и таинственное.